Вполне возможно, что человек открыл облик Бога, чтобы возвыситься над другими и злоупотребить этим величием в делах своих нечистых. Но коль чужая душа — потёмки, то можно и нужно лишь надеяться, что подобное негодяйство не пройдёт бесследно для таких надуманных лицемеров и получат они по заслугам за то, что решили они за спиной Бога наживать себе довольства и гордыню свою утешать — словно ребёнок, сосущий молоко матери, желающий при этом её смерти, как даже паразит не поступает. И в то же время ведь это и есть худшее — быть у Бога за спиной, а не в сердце Его и не в светлой душе Его пребывать. И потому такие уже обречены, как говорится, на муки вечные.
Я бы хотел, чтобы после моей смерти никаких следов и памяти обо мне не осталось. Я не хочу продолжать существовать в виде чьих-то воспоминаний и свидетельств, которые указывали бы на моё былое присутствие в этом мире. Я не желал даже этой жизни, а уж её дериватов подавно. От этой мысли мне становится особенно больно, что я не могу забрать собственные остатки с собой, дабы стать навсегда забытым и неизвестным, стать тем, кого никогда не было. Но если те памятные фрагменты, которые бы говорили о том, что некогда существовал я, будут погребены и навсегда утрачены, то таким образом я уровняю это несправедливое уравнение, в котором я был вынужден против собственной воли принять это бытие, стать фактической вещью доступной любому наблюдателю. И раз мне предстоит умереть, то пусть эта смерть будет абсолютной и тотальной, поэтому необходимо всеми возможными способами стереть из времени следы своего существования, как устраняют улики после преступления, чтобы смерть стала столь же полноценной, ...